“…Работая над реконструкцией памятника архитектуры, архитектору следует проявлять предельную деликатность…” – приблизительно такими словами я начал защиту дипломного проекта в 2001 году. Тема работы была “Реконструкция I корпуса Нижегородского Технического Университета. Интерьер”. Кто не видел, поясню – я снёс внутри всё. Включая междуэтажные перекрытия. Пока я судорожно придумывал, чего бы это такое рассказать “уважаемому председателю, уважаемой комиссии”, меня осенила эта гениальная демагогическая идея, прямо на защите. С тех пор я частенько замечаю за людьми такие трюки. И сам иногда охотно пользуюсь – помогает при отсутствии аргументации.

Да, в общем, я не о том. Недавно, разрываясь между необходимостью поиска работы и желанием ещё немного послоняться, я имел удовольствие прочесть книгу. Заняло это немного времени и удовольствие я, и впрямь, получил. Автор – некий Марк Солонин. Пишет о Второй Мировой войне. Пишет складно, с юмором – зачитаешься, я даже в те три дня, что читал её, бриться перестал напрочь и человеческий облик утратил почти полностью. После едкого вступления о собственном детстве, прошедшем на рабочей окраине крупного промышленного города, начинается собственно повествование. Начинается с разгрома – короткого и победоносного, как наступление немцев на Москву – коллег автора, посвятивших свои труды изучению того же исторического периода. На неполных семи страничках газетной бумаги автор кладёт на лопатки профанаторов новейшей истории, пользуясь единственным аргументом – его оппоненты (было бы правильней назвать их врагами, уж очень люто, бешено он на них наскакивает) не дают ссылок на архивные документы. И демонстрирует на примере одного документа, как именно нужно цитировать и ссылаться на архивные материалы, и до чего чудовищные выводы некоторые исследователи делают, просто-напросто перевирая, а иногда и сочиняя фальшивые исторические документы. Видя такой академический подход, хочется верить господину Солонину и даже, может быть, зазвать его как-нибудь в гости – чисто попиздеть за чашкой чая о судьбах человечества.

Далее автор заваливает читателя колонками цифр (в процентах и тысячах штук единиц боевой техники), перемежая их историческими анекдотами – для задору, и душераздирающими историями о кровавых расправах одних людей над другими – для слезливости, видимо; плавно подводя читателя к пониманию: Советский Союз был готов к наступательной войне, поэтому проиграл так неожиданно начавшуюся оборонительную. Книга чуть более, чем наполовину, заполнена фактами поистине шокирующими и, возможно, даже правдивыми, доказуемыми или даже доказанными. Чуть менее половины текста представляют собой грызню с прочими “историками-альтернативщиками”, которые не такие академичные, а зачастую и просто дрянные люди, ради карьеры и квартир на Фрунзенской набережной Москвы-реки попирающие подвиг предков и память жертв.

Я не стану задавать автору каверзных вопросов, которые он сам себе задаёт лишь для демонстрации того, как лихо он мог бы отбрить такого задаваку. Я ему даже в некоторых случаях верю, весьма охотно. Приказ жечь запасы продовольствия, горючего и собственную избу, если всё это стратегически ценное имущество окажется на оккупированной врагом территории, мог быть издан при сталинском режиме. Даже если он и выдуман автором, то выдуман убедительно. И прочие изуверства описаны очень и очень правдоподобно. Типа расстрелов населения городов по телефонной книге, методом выбора “польско-звучащих” фамилий. Но доверять этой книге, как хоть сколько-нибудь правдивому изложению событий, или, не дай бог, брать из неё какие-либо исторические документы, я бы, всё же, поостерёгся. Доверие рассеивается полностью, когда внезапно ловишь себя на мысли: “А ведь заявленный в первом абзаце метод исследования только в первом абзаце и присутствует!” Во всём остальном тексте, под этими громадами цифр и неудобопрогрызаемыми текстами советских протоколов нету ни одной ссылки на архивный источник. Ну вот ни единой. Забыл, кстати, сказать – книга называется “Мозгоимение!”. И подзаголовком – “Фальшивая история Великой войны”. Вполне возможно, что Солонин просто развлёкся. Мол, а чего ж вы хотели – купили книжку с таким названием, вот я вас и поимел. Я не одобряю эвфемизмов и прочего кокетства, хочешь матюгнуться – матюгнись; запрещает закон – не кокетничай, нету в русском языке слова “мозгоимение”.

Удивительным образом некоторое время спустя мне в руки попала книга, тоже историческая, где история России рассматривается под несколько иным углом. Это было во время последней финской робинзонады, я сробинзонил её под покровом полярной темноты у одного из компаньонов, пока он, притворясь спящим, размышлял о судьбе русского народа. Увидев в первом же абзаце предисловия грамматическую ошибку, я ринулся было растапливать камин, но за поздним временем суток рука уже не держала спичек и пришлось Большой Костёр отложить до утра. Вид заснеженных сосен за окном в утреннем свете умиротворил меня и я принялся её читать. Современный русский философ Тростников видит это так. Православная религия – лучшая на Земле. Русский народ, как единственный носитель этого явления, богоизбран. Весь исторический путь русского народа нацелен на мировую гегемонию лучшей в мире церкви и Господь всё время направляет его ближе и ближе к этой цели. Даже советская власть – промысел божий, чтобы богоизбранные человечки не поддались сладкому яду вестернизации, что было весьма возможно в начале XX века, но после 70 лет жизни за железным занавесом это исключено. Там ещё много такого же потешного бреда, я от души развлёкся, неожиданно для себя узнав, например, что Ледовое побоище было на озере Ильмень. Закрыв книгу, я внимательно рассмотрел обложку. На ней изображён Спас Нерукотворный, под которым скромно значится подпись: “В. Н. Тростников”. Радостно смеясь, я потянулся-таки уже было за спичками и стал открывать каминную трубу, но толпой навалились робинзоны и отняли манускрипт.

Обе эти книги при кажимой разности подхода, весьма близки по сути. Юмором, конечно, второй автор не блещет и прибаутками читателя не развлекает. Зато выигрывает по теоретической части – отталкиваясь от принципиально недоказуемой посылки, он дальше пишет уже, как по маслу – хватает Ивана Грозного за тощую бородёнку и волочёт к возвышенным идеалам. Сходны авторы в одном – в демагогии. Пользуясь доверием человеческого рассудка к напечатанным (да ещё и переплетённым в книжку) буквам, несут ахинею в массы. Обе книги негодные, вредные, хотя, в качестве темы для бурных споров за чашкой чая,  что то, что другое “мозгоимение”, подходит как нельзя лучше.